В ролях: Мишель Пикколи, Рохерио, богатый молодой человек, и его загадочная жена Леонор устраивают вечеринку в саду свой роскошной виллы на острове Сан-Мигел. Среди приглашенных есть одна весьма занятная пара постарше: философски настроенная и наблюдательная Ирен и престарелый распутник Мишель. Пары "меняются партнерами", словно в танце: Рохерио беседует с Ирен, в то время, как Леонор идет к морю с Мишелем. Если разговор с Ирен расстраивает Рохерио, то беседа с Мишелем всецело захватывает воображение Леонор. Проходит пять лет. На той же вилле накрыт стол на четырех. Мишель и Леонор снова покидают своих спутников. Куда приведут их трудно различимые "подводные течения"? Какой выбор предстоит сделать двум участникам этой битвы полов под верховенством сил отчаяния и обольщения, когда кто-то один из двух оставшихся участников проявит слабость, а оставшийся - силу? Дождь и ветер опустят занавес в этом спектакле.
В этом фильме Мануэл ди Оливейра вновь обращается к приему, который был опробован им 12 лет назад в картине "Мой случай". Достаточно условным образом соединив три разножанровые истории от трех разных авторов, он использует их для того, чтобы неспешно порассуждать об интересующих его вещах: границах свободы, женской судьбе и разнообразных путях к достижению бессмертия. Фильм входит в десятку лучших кинокартин 90-х по версии Джонатана Розенбаума.
К фотографу Исааку обращаются, чтобы сделать снимки трупа только что умершей молодой женщины. Позднее он фотографирует крестьян, которые возделывают виноградник по старинке – не на тракторе, а с лопатой в руках. Фотографа притягивает только то, что вот-вот исчезнет, возможно, уже исчезло. Он – охотник за фантомами. И работает он со старыми технологиями: с серебряным фотографическим изображением, с пленкой, изображение на которой проявляется не сразу. Это время химической реакции необходимо для появления фантомов (мертвая девушка улыбается и оживает на фотографии). Оливейра и сам никогда не снимал на цифровую камеру, и его совершенно замечательный новый фильм – ода материи того кинематографа, который он практикует, ода пленке, ее скрытой жизни и ее исчезновению»
В ролях: Марчелло Мастроянни, Жан-Ив Готье, Леонор Силвейра, Диогу Дориа, Изабел ди Кастро, Жозе Пинту, Изабел Рут. (перевод многоголосый). Кажущаяся простота road movie на европейский манер, бесхитростных и необязательных путевых заметок, вроде бы пустой (пусть и интеллигентной, насыщенной философией, поэзией и прочей культурной атрибутикой) болтовни персонажей ради того, чтобы скоротать время путешествия, все это оборачивается тонкой и умной игрой Мануэля де Оливейры и с собственной биографией, и с воспоминаниями о бурных событиях века, к счастью, прошедших мимо него самого, но так или иначе отразившихся на мире вокруг. Как бы туристическая поездка по деревням, городкам и крепостям недалеко от границы с Испанией начинает восприниматься действительно в качестве путешествия в некие античные времена, чья культура постепенно пришла в упадок и запустение - так что мы присутствуем теперь на обломках и развалинах обветшавшей империи, но и духовно испытываем ощущение безвозвратной потери «золотого века», навсегда утраченной гармонии со всем сущим.
Этот длинный фильм (авторский вариант идёт почти три с половиной часа) 84-летнего португальского режиссёра Мануэла ди Оливейры, классика мирового кино, во время показа по нашему телевидению оказался разбитым на четыре части. И в результате стал внешне похож на типичный минисериал про семейно-бытовые отношения провинциальных буржуа с севера Португалии на протяжении десятков лет первой половины ХХ века. Однако нет ничего более противоположного, чем пустота и мелкота «телемыла» по сравнению с глубиной постижения характеров и ушедшего времени в подчас завораживающей по кинематографическому ритму работе Оливейры. Одноимённый роман женщины-писательницы Агуштины Бессы-Луиш даже сравнивали по сюжету с «Мадам Бовари» Гюстава Флобера, поскольку молодая и невинная Эма (то есть Эмма на португальский манер) вышла замуж отнюдь не по любви за более старшего по возрасту друга своего отца, доктора Карлу Пайву, который предоставил жене полную свободу, что в итоге привело к возникновению её романа с привлекательным любовником. Но для Мануэла ди Оливейры, фактически являющегося ровесником этой самой Эмы Пайвы, которая просто изнывает от скуки и лицемерия португальского мелкобуржуазного общества, намного значимее особая атмосфера местности в районе реки Доуру, в так называемой «долине Авраама», казалось бы, не имеющей никакого отношения к ветхозаветному патриарху. (перевод был начитан по русским титрам, которые пришлось редактировать из-за многочисленных стилистических ошибок).
